Где отдохнуть  в январе феврале марте апреле мае июне июле августе сентябре октябре ноябре декабре Где отдыхать с ребенком

Страны в Интернете: рассказы о путешествиях

Туры | Рассказы о путешествиях. Конкурс рассказа | Контакты |

На главную Кавказ, Кабардино-Балкария
Кавказ, Кабардино-Балкария

Hi!

Кавказ, Кабардино-Балкария
На страницу "Россия"
Кавказ, Кабардино-Балкария

Поход в Шиловку,
Поволжье, Ульяновская область

Поход в Поволжье, Шиловка 

  Путеводители
Книги
Сувениры
Картины

Фото из разных стран

Хорошие страны:
Абхазия
4 страны Африки
Бангладеш
Бахрейн
Белоруссия
Бенин
Бирма
Ближний Восток
Болгария
Бразилия
Бурунди
Венгрия
Вьетнам
Гана
Германия
Горы Гималаи
Греция
Грузия
Европа: на автомобиле
Египет
Израиль
Индия
Индонезия
Иордания
Иран
Испания
Италия
Йемен
Камбоджа
Страна Камчатка
Канарские острова
Кения
Китай
Конго
Куба
Латвия
Ливан
Ливия
Мавритания
Малайзия
Марокко
Мексика
Непал
Норвегия
ОАЭ
Пакистан
Польша
Россия
Руанда
Румыния
Северная Корея
Сирия
Судан
Таиланд
Тибет
Того
Туркмения
Турция
Уганда
Украина
Франция
Черногория
Чехия
Швеция
Шри-Ланка
Южная Корея
Эквадор
Япония




Куда поехать отдыхать
в октябре за границу


Куда поехать отдыхать
в ноябре за границу


Куда поехать отдыхать с ребенком


Рассказы, отзывы туристов о разных странах.
Конкурс рассказа
>

 


Поход в Шиловку или два дня из другой жизни

На днях я вернулась из двухдневного похода, в который мы ходили с друзьями. Основное место нашей стоянки было совсем недалеко от Ульяновска, километров 40 вниз по Волге, в местечке под названием Шиловка. Какая же там красотища! Я в полном восторге! Но, к сожалению, этот опыт невозможно описать, а все потому, что между этой жизнью и той – пропасть. Там и я была совершенно другим человеком: с другими целями, желаниями, мыслями. Будто бы я эти два дня пребывала в другом теле, в другом времени, и вообще, на другой планете. Это похоже на то, как люди описывают свои прошлые жизни. Вот так и я, будто бы побывала в другой жизни. В той жизни я была птицей.
Россия. Иван-да-Марья

Россия. Иван-чай

Все ценности перевернулись. Я помню, как сидела на холме, провожала солнце и думала, почему бы не остаться здесь навсегда? Я жила бы в шалаше, собирала бы травы, разговаривала бы с деревьями, ходила бы босиком, в холщевой тунике с колтуном в волосах, питалась бы дикими яблоками и купалась бы в ледяном источнике. То, что открывалось моему взору: холмы, поросшие сосновыми лесами, поле с изредка растущими яблонями, Волга с высокими живописными берегами и над всем этим заходящее солнце – было действительно лучше того, к чему я, пусть и не намеренно, стремилась в своей обыденной жизни: хорошая квартира, крутая машина, дорогие стильные шмотки – но все это совершенно теряло свою ценность перед открывшейся красотой. Говоря проще, в расстилавшемся передо мной пейзаже было больше комфорта, если хотите, чем в том стандартном средне-менеджеровском наборе. И это легко доказать: здесь была мягче температура (тепло, солнце, ветерок), лучше запахи (полевые цветы, скошенная трава), приятнее звуки (утром – пение птиц, вечером стрекот цикад) и, в конце концов, здесь было во много раз красивее! И любуясь всем этим, я недоумевала, почему же, вместо вечного путешествия по таким вот местам, я всю жизнь мечтала о крохотной квартирке в душном загаженном мегаполисе? Сидя на холме, утопая в полевых цветах и щурясь от лучей заходящего солнца, я знала, что это лучшее место на Земле, и здесь, чтобы полететь стоит только раскинуть руки.
За несколько часов до этого был еще один момент откровения, на берегу Волги. Солнце находилось в своей самой нежной и благодатной фазе, мягко отбрасывая на камни длинные, извилистые тени. С Волги дул влажный теплый ветер, поднимая мутные темные волны и разбивая их о камни густой белой пеной. Совершенно обнаженная я стояла на берегу и нежилась от сочетания тепла и ветра, ласкавших мое мокрое тело. Ощущения были настолько приятны, что у меня возникло четкое чувство слитости с окружающей меня природой, к тому же не было ничего, что стояло бы между нами. Капли на моей груди были как будто продолжением моей влажной кожи, а воздух и вода продолжением капель. Это было ощущение полного единства, и высшего телесного оргазма, слияние, которое не только сохраняет идентичность, но и усиливает ее, когда вместо исчезновения и распада возникает совершенно новое неожиданное чувство увеличения себя, в данном случае на воздух, воду, солнце. Не я превращалась в чуждые мне элементы, а они становились органичными и естественными продолжениями меня. Подобные ощущения можно сравнить с ощущениями после секса, когда с одной стороны, ощущение «себя» уже вернулось, а ощущение границ у этого «себя» – еще нет. Это тот тип единства, который открывает секрет нашего постоянного, но неосознанного стремления к собственному распаду, или попросту, к смерти. Многие склонны видеть в этом стремлении одно из основных противоречий нашей человеческой природы. Но растворение, которое я чувствовала в тот момент, не было смертью, а было напротив наиболее яркой и насыщенной жизнью, жизнью без границ. Смерть не противоречит свободе, она является ее составной частью. Не зря же после секса частенько возникает совершенно искреннее чувство полной готовности к смерти, потому что в этот момент раскрывается ее истинный смысл: смерти как растворения, тогда как смерть, понимаемая в нашей современной европейской традиции, как исчезновение исчезает, а вместе с ней исчезают путы эгоистической ограниченности, приковывающие к земле.
 

Действительно, еще одним названием этому чувству единства может служить ощущение свободы. Вообще, свободу как таковую я очень редко ощущаю вживую, чаще всего задним числом. К примеру, смотришь свои старые фотографии, видишь себя где-нибудь на природе, в летнем платье, загорелой, веселой, и начинает казаться, что вот тогда было счастье, вот тогда была свобода: можно было путешествовать куда хочется, знакомиться с кем хочется и вообще делать все, что хочется. Но, увы, это только так кажется. Почти всегда было что-то, что мешало свободе: нехватка времени, отсутствие денег, вечные срочные дела по учебе, позже – работе, наличие постоянных обязательств, которые я на себя добровольно налагала, сначала по отношению к родителям, позже – к молодым людям, а иногда просто физическая слабость, или, как я ее называю, городская хроническая усталость. Но все эти невольности, почему-то, со временем забываются, и возникает фантазия, что в прошлом была свобода. Такая же фантазия возникает и по отношению к литературным героям, кажется, будто они находятся в каком-то странном свободном мире, где они ни от чего не зависят, над ними ничего не довлеет, и для них возможно все. Еще чаще фантазия о полной свободе возникает по отношению к будущему, жаль лишь, что этим грезам почти никогда не суждено сбыться. Однако там, в поле, на берегу Волги, в ложбинке, окруженной со всех сторон зелеными холмами, идя навстречу солнцу и ощущая свежесть дующего в спину ветра, это чувство свободы ощущалось совершенно четко, свобода была в настоящем. Она выражалась во всем: в освобождении от насущных проблем, в наслаждении от окружающей природы и благодатной погоды, в ощущении внутренней легкости и одновременно физической силы. Казалось, возможно все: можно было бесконечно бежать, карабкаться в горы, пробираться сквозь заросли. Это была действительная свобода ото всего, в том числе и от силы тяжести.Россия. Река после дождя
А еще это было чувство какой-то глубокой умственной сосредоточенности, кажется, я вспомнила все что нужно и даже что ненужно. Просто и совершенно естественно открылись ответы, над поиском которых я мучилась долгое время. Все стало простым и понятным. Это было чувство наполненности. Помню, как иногда ловила себя на мысли, по поводу того, что я напишу, когда вернусь домой, как, какими словами я буду описывать эту красоту и свой восторг. Но тут же мне приходила другая мысль, о том, что мне вовсе необязательно писать и описывать, вообще вся эта вторичная деятельность необязательна, потому что в тот момент я имела все из первого источника, я просто все знала. И эта простая догадка о необязательности, помню, меня вовсе не смутила и не выбила у меня почву из-под ног, как выбила бы совсем недавно. И я решила, это потому, что всевозможные поиски оправдания жизни ведутся только тогда, когда человек «пустой», а когда он «наполненный» ничего такого ему не нужно. Но что значит быть наполненным? Возможно, это значит иметь идею, которую хочется изложить; или это значит быть профессионалом какой-либо деятельности; или, имея особый творческий талант, уметь свободно его реализовывать. Или? Быть «наполненным», подумала я тогда, это значит иметь смысл, а что именно делать, имея этот смысл – совершенно не важно. А иметь смысл это значит видеть перед своими глазами глубоко желаемое, переполняющее душу и вызывающее слезы восторга, одним словом то, с чем хочется слиться. Но не цель – а предел, не конкретное – а общее; лишь то, что открывается с высоты птичьего полета.
Но особенно приятным было то, что это знание можно было высказать. Наша беседа шла легко и непринужденно. Мы говорили о травах, о животных, об эволюции Земли и отложениях мелового периода. Мы спорили о ценности прогресса и его влиянии на развитие человечества, о сущности самого человечества и его эволюции, о загрязнении окружающей среды, пятнах на солнце, глобальном потеплении и воздействии различных видов излучений на человеческий мозг. Мы делали перерывы в разговорах на глобальные темы и говорили о насущном: о здоровье, детях, работе, проведении свободного времени, жизни киноактеров, современных мультфильмах и предстоящем отборочном матче с Германией. Странное у меня было ощущение, хотя понимание этой странности пришло намного позже. Дело в том, что представляя себе свободу, я представляла в качестве одного из ее проявлений, свободу в общении. Но чаще всего это проявление свободы так и оставалось лишь представлением. И дело было не столько в невозможности говорить, сколько в невозможности оставаться свободным по отношению к собеседнику. Мое страшное и ненасытное желания нравиться приводило меня к сильнейшей зависимости от реакции собеседника и его чувств по отношению ко мне, и потому, чаще всего, при беседе я была сосредоточена не столько на том, что говорю, сколько на том, что нужно сказать, чтобы вызвать симпатию. С этой моей убогой эгоистической направленностью я уже боролась многие годы, но освобождалась от нее, пожалуй, только в мечтах. И вдруг, совершенно неожиданно я смогла просто слушать и просто говорить. Не то, чтобы без желания понравиться, но даже без мысли об этом. Мы шли и говорили, с легкостью паря над комплексами, внутренними неуверенностями, заниженными самооценками и различными сложностями, причиняющими боль и переживания.
Однако чувство единства проявляется не только в общении, но и в молчании, и в нем, пожалуй, даже в большей степени. И не столько днем, сколько ночью, когда все оживает. Такое ощущение, будто мертвая знойная планета наконец-то превращается в то, чем она является на самом деле, в живой копошащийся тысячами живых созданий, организм. Птицы, ночные бабочки, летучие мыши, жабы, толстобрюхлы, сурки – все приходили в движение. Гудело и шныряло все вокруг. Наш исследовательский отряд первопроходцев медленно пробирался по поверхности, вдруг, в один момент, ставшей чужой и враждебной, планеты. Наша задача заключалась в нахождении свободного возвышенного места и подачи оттуда секретных сигналов сверхватным лазерным излучателем, пробивающим даже массивные слои облачности, на другие звезды. Так в совершенной темноте, пробираясь по сурковым тропам и рискуя в каждую минуту свалиться в их норы, мы поднялись на возвышенность и упали на недавно скошенную траву. Мы тщетно пытались в затянувшей все небо облачности отыскать звезды, но их отсутствие, кажется, никого не смущало, в конце концов, у нас был сверхватный излучатель, в луч которого то и дело белыми пятнами попадались летучие мыши. Было тепло, стрекотали цикады и, глядя в совершенно черное ночное небо, все, кажется, почувствовали, что чужая планета приняла нас. Вместо страха и опасности пришло чувство принадлежности и соучастия. Все молчали, потому что в этот момент происходило превращение, двуногие автоматы превращались в живых чувствующих людей. Когда мы шли обратно нам уже не нужно было тщательно выбирать дорогу и бояться всяких естественно созданных капканов, мы пробирались легко и свободно, так, будто бы не касались поверхности.
Восторг, возносящий мою душу на сверкающие вершины, имел много ликов. Он открывался в созерцании прекрасного и грандиозного пейзажа, в благодатном чувстве телесного наслаждения, в ощущении физической силы и духовной наполненности, в возможности легкого общения и сосредоточенного молчания. Этот восторг разрывал сердце и занимал его место солнцем, освещающим и согревающим весь этот мир, над которым высоко-высоко в небе парил ястреб. В той жизни я была птицей...
З.Ы. На следующий день я проснусь, как ни в чем не бывало, рано утром. Я почистила зубы, приняла душ, и села за компьютер. Рядом лежала третья книга четвертого заключительного тома «Капитала», несколько книг критики, учебник английского и даже диск с программой Dreamweaver для создания сайтов. Все было как обычно. И как обычно я знала, что буду писать в течении всего дня, не допуская ни единой посторонней мысли. И как обычно я буду объяснять это себе тем, что есть работа и есть отдых, и что их не нужно смешивать. И что во время работы нужно работать, а не думать о всякой ерунде, потому что если буду думать о ерунде, то все отпущенные на день мысли я истрачу на эту ерунду и так ничего и не сделаю по делу. Но несмотря на наличие всех этих логически обоснованных доводов, у меня в душе было чувство, совершенно для меня необычное и взявшееся непонятно откуда, будто я забыла что-то очень-очень важное и этим загубила чую-то свободную летящую жизнь.


Автор: Светлана
Место похода: Ульяновская область, Сенгилеевский р-н, пам. «Шиловская лесостепь»
Время похода: Июль 2009

 

Рассказы по теме:

Великий Новгород – Валдай – Саблинские пещеры. Автор Коровка Елена
Путешествие из Москвы в Чертово Городище. Автор Коровка Елена
Наша поездка на Алтай по "местам силы"
Узкоколейная железная дорога Оха - Ноглики  Автор С. Болашенко
Страна Камчатка
Карымский вулкан – осень 2008
Никандрова Пустынь
Рассказ о Валдае
Суббота в Пушкинских Горах. Автор Варежковна Шубинда
Рассказ 'Шкаф'. Автор В.Кузин
На Соловки
Поход в Шиловку или два дня из другой жизни
Не перестающие удивлять… (Байкал)
Здесь прячется душа (Кавказ, Кабардино-Балкария)
Поход в Шиловку или два дня из другой жизни (Поволжье)

 


  © 2007-20 Strany.net

strany.net

фото | туры | путеводители | книги | сувениры | картины | рассказы о путешествиях | контакты |